Пусто в нашей хате,
Нету даже пыли,
Даже спорно, кстати, 
что мы жили-были.
Свет, трава меж досок
Старого порога.
Цвет зеленый бросок,
Плюс его же много.
Запахи от речки,
Шелесты из лесу.
Во поле кузнечик,
Треск по полной силе.
Нету в жизни весу,
Тяжести, грузила.
Есть крючки и стрекот,
Забытье, безумье.
			1995

	****************

Баран чихнул на новые ворота.
Они открылись - не ахти, но что-то.
Там было поле, солнце, васильки,
проторы, даже слишком велики,
там пыль была, клубилась и играла,
ее как раз вполне казалось мало, 
дорога была скопище колдобин, 
короче, кто во что горазд-способен.
Цветы пестрели в воздухе свободы, 
и счастье, через ямы, пни, колоды,
катилось с Солнцем, как перекати-
как поле перейти, как не сойти.
Баран стоял и пялился в пространство,
как Бродский, размышляя глубоко,
но это было принято за чванство
и глупость...
				1994

	**************


Вот я поэт -
А толку нет.
Из под пера -
Ну ни хера.
Скребу башку -
И не стишку.
Смотрю в окно -
Пошло оно.
Там ночь, огни:
Пошли они.
			1995

	****************

Сторонясь от чуждых нам воззрений,
Охраняя домик шаткий свой,
Мы спаслись от вражеских вторжений,
Только слишком дорогой ценой.

И душа безмерными крылами
Поднимает только сталь своих оков.
Клетка нормы выстроена нами,
Нами же повешен и засов.

Где, когда допущена ошибка?
Где, когда мы заперли себя?
Увлекаемы потоком бурным, рыбки
Не умеют влезть на берега.

Но недаром волей дышат степи
и всегда найдeтся хоть один,
Кто, с цепи сорвавшись, рвёт все цепи,
Узость узких ощутив теснин.

И тогда потоки рушат горы,
Горы разрушают города.
Клекотом орлиным полно горло,
И пришедшая свобода будит гордость,
Клетка мозга каждая горда.
		1 ноября 1984

	***********************

	МОНТЕР
Забудь, монтeр, про воблу и вино,
Когда сигнал поломки донесется!
По защищённым проводам бежит огонь,
На оголённых вспыхивает солнце.
		Земная неизвестна нам тоска.
		С табличкой со скрещёнными костями.
		И никогда мы не уснем, пока
		Искра проскакивает между проводами.

Дрожите, подгоревшие жучки,
Свои концы подальше уберите,
Дрожите, неисправности в сети 
И лампы неисправны, дрожите!
		На праздники клещей и молотка
		Являемся мы жданными гостями.
		И никогда мы не уснем, пока
		Искра проскакивает между проводами.

Свободно лейся, маслица поток,
И трансформатор вновь помолодеет.
И будет снова радостный денек,
Как вентилятор ветерком повеет.
	Хватайте нас во сне хоть за бока,
        Когда замечена в сети поломка вами.
	И никогда мы не уснем, пока
	Искра проскакивает между проводами.



	*****

В жарком солнечном луче
На обласканном плече,
Каплей мелкою искря 
Тени цвета янтаря,
В разных ямочках лежат.
Я щекой к тебе прижат,
К коже солнечной твоей,
К теплым ямкам для теней.

        *

Я тебя благодарю.
Время катит к сентябрю.
В речке движется вода.
Солнце падает сюда,
В этот воздух, запах, миг.
Это - тень, а это - блик.
Берег. Грязные кусты.
Это - я, а это - ты.


       *   *   *


Кровь струится горяча
Вскользь по лезвию меча.
Человеческое тело
Как-то боком так присело.
Шлепнул утомленно панцирь.
Победитель трудно пальцы
Разжимает и с одышкой
Вытирает пот подмышкой.
Солнце лижет камень красный,
И с романтикой все ясно.


	*   *   *



	[Отцу]

"Ужом рожденному ужу летать не можно"
			М.Горький

     Здесь я возражу  -  умно, да ложно.
     И все же возраст - не пустяк, и ге-
моррой  свой  забыть  есть мужественный
шаг, почти геройство. Зачем лететь в чу-
жие земли?  Молод, что ли, там любовать-
ся черт-те чем?  И сбоку колет.
     И так мотаем ведь судьбой из Уф ты
в Ухты, передохнул бы, дорогой, хоть две 
минухты. Передохни минуты две, болит тем
паче. И дома можно жить в Москве.
А как на даче!
    Там,  сколько хочешь, волоок, в тени
сирени,  на "х", "у", "я" нехватку строк 
латай серене.  А скрип-то, скрип приятен
сколь родной  калитки!  Как  каждый  тре-
тий ля бемоль Альфреда Шнитке.
     От  рек,  лесов,  глубин,  равнин и
всяких гор там вся радость- нитроглицерин
с плечом потертым.
     Ты  помнишь холод и  луну той ночью
звездной?
  Тут усмехнусь и подмигну. Я несерьезный,
Я резковато, но любя, тебе добра ведь...		
   А впрочем, я хочу тебя, вообше, поздра-
вить.


[ В подлиннике - без разбивки на строфы.]